<<

На те же грабли

И.Я.Кантеров

И.Я.Кантеров – доктор философских наук, профессор МГУ имени М. В. Ломоносова , 1998- 2009  - заместитель председателя Экспертного совета по проведению государственной религиоведческой при Министерстве юстиции РФ.

В упряжке с сектоборцами

За последние два десятилетия доминирующей линией в отечественной психиатрии становится квалификация новых религиозных образований как объединений, индуцирующих психические расстройства и нарушение поведения. Не остаются без внимания изучение взаимоотношения психопатологии и традиционных религиозных верований. Так. Д. Е. Мелехов, исследуя болезни Н. В. Гоголя, обнаруживает в его религиозных переживаниях «полное господство бреда греховности, самоуничижения, потери веры в возможность прощения.» (1). И все же, когда речь заходит о психических расстройствах, вызванных религиозно- мистическими переживаниями, в качестве основной причины таких расстройства чаще всего называется деятельность «тоталитарных (деструктивных) сект (культов)». При этом связь расстройства психики и поведения с практикой традиционных религий признаётся, однако в общем массиве многочисленных описаний клинических вариантов психических заболеваний с религиозной фабулой, православие и ислам встречаются весьма редко. Зато когда речь заходит о таких явлениях, как «культовая травма», манипуляциях, приводимых к изменению сознания, то всегда источниками разрушительного воздействия на психику, называются деструктивные (тоталитарные культы).

Основной причиной подобной однобокости является игнорирование результатов исследований авторитетными зарубежными и отечественными учёными природы новых религиозных движений (НРД), нередко именуемых «тоталитарными культами», «деструктивными сектами ». Автору настоящей заметки уже приходилось высказываться о статье П. И. Сидорова в Российском психиатрическом журнале «Психический терроризм - нелетальное оружие массового поражения» (2). Было отмечено произвольное конструирование автором типологизации религиозных объединений, в которой отсутствуют устойчивые отличительные признаки принадлежности религиозного образования к «тоталитарному культу». Обращалось внимание и на слепое заимствование методологии и понятийного ряда трактовок НРД исключительно из антикультиских изданий, получивших убедительные негативные оценки представителей научного религиоведения, в том числе и некоторых авторитетных православных сектоведов.

К сожалению, утвердившиеся стереотипы и мифологемы о новых религиозных движениях продолжают воспроизводиться и распространяться в публикациях российских психиатров. Поскольку более трех десятилетий я занимаюсь исследованием феномена новых религиозных образований и на протяжении 11 лет был заместителем председателя Экспертного совета для проведения государственной религиоведческой экспертизы, такие публикации вызывают у меня профессиональный интерес. Он обусловлен и тем обстоятельством, что, являясь психиатрами, авторы материалов на «сектантские темы», широко используют религиоведческие термины, смело включаются в обсуждение сложных проблем теоретического и практического религиоведения, государственно- конфессиональных отношений. Отметим ещё раз во избежание возможных кривотолков: само по себе применение психиатрами методологии и понятий религиоведения не может вызывать никаких нареканий, поскольку междисциплинарные исследования помогают избежать односторонности, расширяют горизонты представлений об объекте изучения. Возражения вызывает некорректное использование религиоведческой проблематики для обоснования вывода о том, что все новые религиозные образования, именуемые «тоталитарными культами», непременно практикуют «психический терроризм», «манипуляции сознанием», «промывание мозгов».

Этот методологический огрех, влекущий за собой вереницу ложных трактовок природы НРД, свойственных для данного феномена приёмов миссионерства, внутреннего устройства, разделяет автор раздела 1. 7. «Психический терроризм и манипулирование личностью», содержащегося в коллективной монографии «Психология катастроф» (3). Хотя во введении книги и не указаны авторы глав и разделов, всё же внимательное прочтение содержания фрагмента «Психический терроризм и манипулирование личностью» со всей определенностью позволяет сделать вывод о том, что её авторство принадлежит П. И. Сидорову (4). Так, из его статьи пятилетней давности в новый текст перекочёвывает таблица «Рост численности верующих» (и вновь без ссылки на источник). Без изменений воспроизводится ранее сформулированная типологизации религиозных образований, занимающихся психическим терроризмом и манипулированием личностью. При этом основное внимание уделяется тоталитарным сектам, деление которых на группы целиком заимствуется из книги неутомимого

сектоборца А. Л. Дворкина «Сектоведение. Тоталитарные секты. Опыт систематического исследования» (5). И здесь опять отсутствует отсылка к первоисточнику.

В 2007 году в Санкт- Петербурге выходит в свет книга В. Э. Пашковского

« Психические расстройства с религиозно- мистическими переживаниями» (6). И хотя по своему образованию и роду занятий автор является психиатром, значительное место в его книге отводится рассмотрению сугубо религиоведческой проблематики, начиная от феноменологии религии, основных характеристик религиозности и кончая тоталитарными культами. Последним посвящается отдельная глава – « Культовая травма», в которой рассказывается о деструктивном воздействии на психику сект и культов.

Несмотря на некоторые различия, П. И. Сидоров и В. Э. Пашковский демонстрируют одинаковую приверженность методологии, разработанной зарубежными обличителями новых религиозных движений, а затем взятой на вооружение отечественными сектоведами. Характерная черта такой методологии – отказ от объективного и всестороннего изучения феномена новых религиозных движений. Именно этим можно объяснить отсутствие в обеих публикациях ссылок на труды зарубежных и отечественных религиоведов, многие годы плодотворно изучающих вероучение и практику десятков разновидностей НРД, в том числе действующих в России. Игнорируется интенсивное обсуждение в религиоведческой среде такой проблемы, как типологизация (классификация) религиозных объединений. Эта проблема является одной из наиболее сложных и дискуссионных, порождающей не только споры в научном сообществе, средствах массовой информации, но и судебные разбирательства. Ведь далеко не все религиозные меньшинства согласны мириться с «награждением» их названиями, наполненными явно негативными коннотациями, оскорбляющими чувства верующих. Кроме того, причисление религиозного объединения к категории, уже в самом наименовании содержащей негативные оттенки, в лучшем случае порождает к такому объединению настороженное отношение, а нередко ведет к дискриминации их последователей.

В качестве ключёвого понятия, закономерно порождающего психические расстройства, в рецензируемых публикациях выступает термин «тоталитарные секты». Именно из него продуцируются страшилки о «психическом терроризме», «нелетальном оружии массового поражения» . «захвате имущества и сбережений адептов» , «вербовке» и т.д. Увлечённые стремлением разоблачить зловредные действия «тоталитарных культов», П. И. Сидоров и В. Э. Пашковский в то же время ни разу не обращаются к российским законам , регулирующим деятельность религиозных объединений. И это вряд ли можно считать случайным, поскольку все исходные установки цитируемых авторов находятся в вопиющем противоречии с действующим законодательством. Федеральный Закон РФ «О свободе совести и о религиозных объединениях» содержит следующие типы объединений верующих: религиозные группы, религиозные организации, местные и централизованные религиозные объединения. Ни о каких «сектах», «культах», тем более с устрашающими прилагательными – «деструктивный» или тоталитарный» - законодатель не упоминает.

В последние годы несогласие с «тоталитарной теорией» всё чаще высказывают православные сектоведы. Они усматривают в этой теории отступление от святоотеческих традиций, выход поборников термина «тоталитарные секты» за рамки компетенции сектоведения. "Меня напрягает сам термин "тоталитарная секта", - признаётся сектовед протоиерей Олег Стеняев. Пусть правоохранительные органы сами занимаются нарушениями уголовного кодекса, а нам важно дать богословскую оценку деятельности тех или иных сект»

Вербовка или обращение?

Основные оценочные суждения авторов рецензируемых публикаций о новых религиозных движениях представляют собой компиляцию изданий теоретиков и практиков антикультового движения. В своих пространных описаниях злодеяний тоталитарных культов В. Э. Пашковский опирается на книгу идеолога антикулътового движения- Роберта Лифтона «Изменение мысли и психология тотализма. Исследование «промывания мозгов» в Китае». Её автор основывает свою теорию на описании методов, применяемых китайскими коммунистами по отношению к американским военнопленным во время корейской войны. И китайская версия «промывания мозгов» некорректно экстраполируется на весь массив неорелигиозных объединений.

Авторитетные зарубежные и отечественные исследователи новых религиозных движений многократно и убедительно показали : теория Роберта Лифтона «притянута за уши» (7). К такому же выводу пришли и некоторые отечественные сектоведы.(8). На многочисленных примерах была доказана несостоятельность распространённой мифологемы о том, будто в «тоталитарные культы» людей вовлекают обманом, манипулированием личности и даже применением гипноза и психотропных средств. Результаты таких исследований демонстративно игнорируется. Им противопоставляется придуманная П. И. Сидоровым «динамика вовлечения в секту адептов» и развитие зависимого поведения», старательно воспроизводящая все изыски теоретиков антикультистов. Например, отличительным признаком процедуры заманивания в секту называется максимальное использование вербовщиком кризисной социальной ситуации. Житейские трудности облегчают процесс вербовки с применением манипулятивного воздействия. (9).

Такими же красками рисуются и признаки «манипулятора» (вербовщика). Первым из них называется обращение к собеседнику- простаку как к «самому дружественному человеку, которого вы когда- либо встречали». На антикультистском сленге подобный вероломный приём называется «бомбардировкой любовь». По-видимому, вербовщику надлежит смотреть на вовлекаемого в секту хмурым и сердитым взглядом, и тогда уже можно вести речь не о вербовке, а о благопристойной беседе миссионера с интересующимся религией. «Манипулятор» (вербовщик)- это, непременно, осыпающий вас комплиментами и одновременно хладнокровно оценивающий, чем вы пригодитесь: энтузиазм, интеллектуальная сила, деньги, квартира и т.д. И, наконец, манипулятор всегда имеет ответы на все вопросы.(10).

Схожей схемой руководствуется и В. Э. Пашковский, рассуждая о манипуляциях, используемых культами для осуществления контроля над своими потенциальными жертвами. Свои выводы он в основном обосновывает ссылками все на того же Р.Лифтона. Правда, для убедительности приводятся примеры деструктивного действия на психику лидеров «Белого Братства» и саентологов. Но и тут дело не обходится без небрежного отношения с фактами. Точное изложение вероучения «Белого Братства» подменяется байками из арсенала Дворкина. Утверждается, что наибольшую опасность для физического и психического здоровья представляет пропагандируемая Белым Братством тема Страшного суда. Вслед «за Страшным судом должен наступить золотой век, куда попадут 140 000 юсмалиан (так называют себя адепты секты)» (11).

Не разделяя учение «Белого Братства» и не являясь членом этого объединения, тем не менее, считаю долгом учёного избегать вольного обращения с ключевыми понятиями оппонента. Во-первых, согласно наставлениям Марии ДЭВИ Христос, во время Страшного суда Сатана будет уничтожен Силой Света (разряжен). Что же касается принявших веру в «Белое Братство», то они попадают под защиту программы Юсмалос - « Божественного щита против внедрения и исполнения сатанинского замысла». «Божественный щит» убережёт от козней Сатаны и «золотой остаток» 144 тысячи (а не 140 тысяч, как у В. Э. Пашковского) в белых одеждах (12). К тому же, как сообщает сайт «Белого Братства» (март 2010), сегодня нужно говорить о приближающемся Преображении планеты.«Называются разные даты и сейчас самая популярная из них -21 декабря 2012 – смена Эпох по календарю Майя» (12).

Предлагаемые П.И. Сидоровым и В. Э. Пашковским надуманные схемы, насыщенные терминами «манипулятор», «вербовка», «бомбардировка любовью» и т.д., свидетельствуют о крайне низком уровне религиоведческой культуры авторов рассматриваемых публикаций. Всё используемое ими «терминологическое хозяйство» не способствует постижению природы действующих в России новых религиозных образований, формирует искаженное представление об этом сложном и противоречивом религиозном феномене. Складывается впечатление, что авторы совсем не знакомы с трудами отечественных и зарубежных исследователей процесса присоединения людей к НРД. Между тем, опубликованы сотни работ социологов религии и религиоведов, раскрывающие особенности процесса обращения в новые религиозные объединения и показывающие, что этот процесс является результатом действия самых разнообразных факторов.

Были выявлены каналы пополнения верующих, ранее или вовсе не имевших распространения или встречавшихся крайне редко. Один из таких каналов получил самые различные названия: « самообращение», «безличное», «бесконтактное» обращение. Его особенность состоит в том, что знакомство с вероучением и компонентами того или иного НРД и их принятие происходит не в результате встреч и бесед с миссионерами данного объединения и даже не посещений собраний или богослужений. Усвоение учения и практик, реальное следование им как истинным жизненным идеалам и программам могут стать и следствием интенсивного чтения литературы конкретного типа НРД, прослушивания видеo или аудио кассет с выступлением основателей или лидеров НРД, рассказами об истории, учении и обрядах группы или организации. Стало быть, обращение, (а вовсе не вербовка) происходит без участия «манипулятора», «бомбардировки любовью», набора обманных обещаний и действий.

Особенно широко распространена бесконтактная форма обращения в объединениях ньюэйджеров, куда нередко попадают на основании сведений, полученных без непосредственных бесед с лидерами или активистами таких объединений. В этом состоит и одна из причин недолговечности ньюэйджеровских групп, их быстрый распад, поскольку изначальная мотивация вступления в группу нередко бывает «ситуационной», набором привходящих обстоятельств.

Проводимые зарубежными исследователями углубленные исследования процесса обращения в НРД и его последствий для личности выявили значительную роль рационального фактора в этом процессе. Выяснилось, например, что обращаемые проявляли озабоченность своим положением вне религиозной группы, взвешивали преимущества и негативы своего вступления в НРД. Фактически такая озабоченность в скрытых формах длительное время проявлялась и в поступках и после обращения. «В некоторых случаях они даже начинали планировать свою послекультовую жизнь, несмотря на то, что были еще активно вовлечены в организации и даже являлись их лидерами". Таким образом, фундаментальные труды многих весьма авторитетных исследователей показали порочность трактовок, a priori постулирующих утверждения об иррациональной природе процесса обращения, происходящего помимо воли человека, под влиянием обманов, использованием гипноза, применения психотропных средств, изнурительной диеты, резким ограничением продолжительности сна и т.д.

Не в ладах с законом

Отличительная черта рассматриваемых публикаций – демонстративное рассмотрение темы «культов и сект» вне действующей в России системы государственно- правовых отношений и духовно- религиозного пространства. А ведь именно в этих рамках функционируют новые религиозные объединения, именуемые П.C. Сидоровым и В. Э. Пашковским «тоталитарными культами». Между тем причисление поголовно всех новых религиозных объединений к разряду «тоталитарных» уже позволяет считать организации преступными. Согласно разъяснению творцов термина «тоталитарные культы», действия «психоманипулятора » (вербовщика) направлены на эксплуатацию неофитов, «порабощение их с выраженными изменениями психоэмоциональной сферы» (13). Конкретизация признаков «тоталитарности», насыщенная терминами из области психиатрии, обычно заканчивается выводами о криминальной патологии, будто бы имманентно присущей данной категории религиозных групп. Вероучительному комплексу и обрядовой практике отводится роль ширмы, маскирующей изначальную нацеленность культа (секты) на изъятие у неофитов денежных средств, квартир и дач.

Исходя из сказанного, определяющим в рассматриваемой терминологической конструкции является прилагательное «тоталитарный», задающее сущностные (криминальные) характеристики обозначаемых типов религиозных объединений. Поэтому, строго говоря, использование термина «тоталитарные культы» представляется некорректным не только в религиоведении, социологии религии, но и сектоведении. Данный термин может применяться в уголовном, гражданском и административном праве, однако придерживающийся его обязан брать на себя «бремя» поиска доказательств «тоталитарной» (преступной) природы такого типа организации, непременно ссылаясь на соответствующие судебные решения. Произносящий словосочетание «тоталитарный культ» должен помнить и о конституционной норме, согласно которой : « Каждый обвиняемый в свершении преступления считается невиновным, пока его вина не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в закону силу приговора суда». (ст. 49 Конституции РФ).

Пренебрегая диспозицией данной статьи («презумпцией невиновности»). П.И.Сидоров приводит список «тоталитарных культов», включающий больше двух десятков названий религиозных объединений. И многие из них имеют статус зарегистрированных централизованных организаций. Они успешно прошли регистрацию и перерегистрацию, предусмотренные Законом «О свободе совести и религиозных объединениях». Перед этим по каждой из таких организаций Экспертным советом для проведения религиоведческой экспертизы при Минюсте РФ были выполнены экспертные заключения. В них давалась подробная оценка вероучения, обрядов, отношения религиозных организаций к обществу, семье и личности. И никаких нарушений не было выявлено.

Но, как видно из последующих рассуждений П.И. Сидорова, он полон решимости отобрать у Александра Дворкина титул «главного сектоборца». Именитый психиатр совершил эпохальный прорыв в отечественном сектоборчестве, найдя общие характеристики деятельности тоталитарных сект и террористических организаций.(14). Отличие наблюдается только в векторе вооружённого насилия. Но по другим семи характеристикам «тоталитарные секты» и террористические организации обнаруживают сходство. Например, те и другие имеют «сильную антигосударственную направленность - запреты на участие человека в жизни государства и общества» (15). Только одно это утверждение свидетельствует о том, что его автор имеет весьма смутное представление о социальных ориентациях современных российских НРД. Самые крупные их разновидности давно отказались от формулы мироотрицания и провозглашают своей целью не разрушение «земных порядков», а их исцеление. Сегодня нет ни одного заметного религиозного новообразования, не заявляющего о лояльном отношение к существующему государственному строю.

Использование психиатрии в обосновании антинаучных конструкций типа «тоталитарные культы» наносит ущерб авторитету этой науки, Психиатры оказываются на стороне противников свободы совести, дискриминации верующих, осмелившихся исповедовать «неправильную веру». В связи с этим глубокую озабоченность и недоумение вызывают рекомендация публикации П. И. Сидорова в качестве учебного пособия для студентов, а работы В. Э. Пашковского в качестве краткого руководства для врачей. Содержащиеся в обеих публикациях ложные методологические посылы, навешивание оскорбительных ярлыков на религиозные новообразования формируют у студентов медвузов и действующих врачей превратные представления о феномене НРД и, соответственно, препятствуют выявлению действительных причин психических расстройств.

Литература

1. Мелехов Д. Е. Психиатрия и проблемы духовной жизни. // Психиатрия и проблемы духовной жизни. - М.: Изд- во Свято- Филаретовской правосл. Христианской школы , 1997. С. 8- 61.

2. Кантеров И. Я. Порочная методология и её плоды// Независимый психиатрический журнал.2005.№ 3.

3. Сидоров П. И., Мосягин И.Г., Маруняк С. В. Психология катастроф. М.: Аспект пресс.2008. 412 С.

4. Психический терроризм и манипулирование личностью // Сидоров П. И., Мосягин И.Г., Маруняк С. В. Психология катастроф. М.: Аспект пресс.2008. С. 250-278.

5. Дворкин А. Л. Сектоведение. Тоталитарные секты. Опыт систематического исследования. Н/Новгород. Изд-во Братства во имя св.князя Александра Невского. 2000. С. 88- 673.

6. Пашковский В.Э. Психические расстройства с религиозно- мистическими переживаниями. СПб.: Изд- кий дом СПбМАПО.2007. 143 C.

7. Anthony Dick, s Robbins Thomas . New Religions, Families and «Brainwashing», in Gods we Trust. NJ., 1981. P. 264- 265;

8. Шатохин С. А. Рецензия на книгу А. Л. Дворкина « Сектоведение. Тоталитарные секты. Опыт систематического исследования». // Очерки российского сектоведения. СПб.: 2005.- C. 28-29

9. Психический терроризм и манипулирование личностью // Сидоров П. И., Мосягин И.Г., Маруняк С. В. Психология катастроф. М.: Аспект пресс.2008. С.254.

10. Ibid, 256- 257.

11. Пашковский В.Э. Психические расстройства с религиозно- мистическими переживаниями. СПб.: Изд- кий дом СПбМАПО.2007. C 131.

12. Господь Мария ДЭВИ Христос. Последний Завет. М.: Крипто- логос. 2000. С. 149.

13. Hexham Irving and Poewe Karla. New religions as global cultueres. Colorado. Westview Pressю 1997.З. 134.

14. Психический терроризм и манипулирование личностью // Сидоров П. И., Мосягин И.Г., Маруняк С. В. Психология катастроф. М.: Аспект пресс.2008. С.256.

15. Ibid, 259 – 263. .

16. Ibid, 259.

>>